Опрос.
Назира РАИМКУЛОВА, медиаэксперт:
— Необходимы жесткие правовые нормы, информационная кампания в СМИ, учебных заведениях, проводимая педагогами. Государственные институты, курирующие образование, органы внутренних дел должны также подключиться к этой работе.
Атыр АБДРАХМАТОВА, юрист, правозащитник:
— Надо ввести лет на пять смертную казнь за насилие над ребенком, а также предавать огласке имена и фамилии насильников, вывешивать их фото в общественных местах.
Дмитрий КАБАК, правозащитник:
— В данном случае решать нужно не только правовые вопросы, но и психологические. Жертвы нередко отказываются от преследования насильника по ряду причин. Такие дела трудно расследовать. Но, так сказать, закрытость и пикантность ситуации создают благоприятную коррупционную среду. В моей практике не приходилось работать с жертвами насилия. Но коллеги по третьему сектору создавали для этих людей убежища, вели их дела, участвовали в информационных кампаниях.
Зинаида ЗАЖИГАЕВА, заместитель директора общественного фонда “Жар–Булак” по поддержке и помощи безработным и малоимущим Бишкека:
— Сейчас на телевидении, в СМИ постоянно пропагандируют секс, насилие. Раньше молодым прививали другие ценности. Получается, мы сами распустили молодежь.
Дастан БЕКЕШЕВ, депутат от фракции “Ар–Намыс”:
— Мы инициировали химическую кастрацию для педофилов, потому что надеемся, что это поможет сократить подобного рода преступления. Только ненормальный человек может совершать сексуальное действие над ребенком. Здесь надо работать с правоохранительными органами, чтобы они оперативно реагировали на подобные сообщения. К тому же надо в школах проводить информационную кампанию, как это делается в развитых странах. Родители, конечно, также должны в этом принимать участие.
ЛИЛИЯ, в 12 лет была изнасилована отчимом:
— Лично я молюсь, чтобы моя дочь никогда не столкнулась с подобным ужасом. Понимаю, что для многих такой способ “борьбы” кажется слишком пассивным. Но я не знаю, кто может помочь до того, как несчастье случилось. Наверное, надо быть внимательным к своим детям. Очень сильно их любить, чтобы они не принимали за хорошее к себе отношение элементарную похоть.
Что касается прав педофилов на амнистию, то, когда это случилось со мной, я никому не рассказала как раз из жалости. Но жалела я не своего отчима, а своих братишку и сестренку. Если бы мама узнала, то она бы выгнала его. И тогда бы мои брат с сестрой тоже остались без отца.
25 июня 2013 года
